?

Log in

No account? Create an account
Человек  с Гуанчжоу

radion_gz_china


человек из Китая

все о Китае глазами изнутри


Previous Entry Share Next Entry
Снова о младенцах, или подлинная история Чжу Юя
Человек  с Гуанчжоу
radion_gz_china

eatingp
Несколько лет назад в интернетах возникла бурная и необоснованная полемика относительно поедания младенцев коварными китайчиками. Наш редактор Демьян Терентьев дал ей достойный и остроумный отпор, напомнив всполошившейся общественности, что слухи о каннибализме в Китае имеют единственным основанием провокационный перфоманс пекинца по имени Чжу Юй (朱昱; р. 1971). К сожалению, сам перфоманс Демьян почти обошел вниманием, что я и спешу исправить, а также расскажу о других проектах Чжу Юя.

Серия фотографий, озаглавленная «Поедание людей» (吃人, Eating People), является документацией арт-проекта, в ходе которого Чжу Юй готовит и ест то, что, по его заявлению, является человеческим эмбрионом. Впрочем, сама по себе фотография не доказывает, что он проходил именно так, как утверждает Чжу Юй1. Перфоманс был создан специально для выставки Fuck Off, которая проводилась в Eastlink Gallery, Шанхай, в 2000 году. Курировал ее мастер китайского скандала Ай Вэйвэй. Примечательно то, что фотографии, формально представленные на выставке и включенные в каталог, в действительности никто из посетителей не увидел: имеющий печальный опыт взаимодействия с китайскими властями Ай Вэйвэй порекомендовал Чжу запереть пять провокационных фотографий в ящике, который и выставлялся без всяких комментариев.2 Впрочем, на фоне остальных работ выставки творение Чжу Юя не выглядело бы чем-то инородным: многие из представленных художников использовали фрагменты тел людей и животных в своих инсталляциях.

В данном контексте нельзя обойти вниманием следующий вопрос: возможно ли характеризовать деятельность Чжу Юя как деятельность художественную?

Во всем мире люди с самым различным образованием (или вовсе без него), с различным культурным фоном и мировоззренческими установками, определяют себя как «художников», а свою деятельность – как создание произведений искусства. Как отмечает Е.Г. Ткач, «художник всё более превращается из автора произведений в того, кому удаётся заставить общество признать себя художником»3. К такому же выводу мы придем, прилагая к художественной сфере утверждение Адорно/Хоркхаймера о том, что «место наверху будет предоставлено любому из тех, кто сумеет заявить о своем превосходстве посредством хорошо организованной демонстрации своей неординарности»4. В условиях современного общества, где любая деятельность несет в себе элементы спектакля, а каждый человек являет собой бренд в миниатюре, с этим утверждением сложно не согласиться. Однако было бы совершенно неверно объяснять позиционирование современного художника исключительно самопровозглашенностью. Творчество подразумевает взаимодействие с аудиторией (по меньшей мере, экспонирование результата) и имеет одной из своих целей вызвать некую реакцию, зрительский отклик. В случае Чжу Юя отклик получился настолько масштабный и непредсказуемый, что игнорировать его просто невозможно.

Фотографии перфоманса получили весьма неожиданное распространение. На выставке увидеть их было нельзя, так что фото могли распространяться только через каталог, напечатанный небольшим тиражом. Их дальнейший путь прослеживается в малазийской желтой прессе 2001 года выпуска, причем фото сопровождались текстом об ужасных тайваньских ресторанах, где можно отведать человечины5. Тайваньские власти, разумеется, немедленно потребовали опровержения. Затем фото Чжу Юя распространялись по электронной почте, причем в зависимости от больной фантазии рассылающих, место поедания детей варьировалось от Гонконга до несуществующей провинции Ляолинь.

eatingp2

К 2003 году наконец-то нашлись люди, желающие всерьез заняться происхождением этого урбанистического мифа. Ими оказались британские журналисты, и история Чжу Юя получила огласку на телевидении, причем показ скандальных фотографий возмутил не только добропорядочных англичан, но и местное посольство КНР. Возможно, работа Чжу даже сыграла определенную роль во введении в Китае запрета на «шокирующее» искусство. Возможно, дело было в грядущей пекинской Олимпиаде.

В ранних работах6 Чжу Юя тема человеческого тела представлена невероятно широко. В 1999 году на выставке «После чувственности» («后感性», англ. «Post-Sense Sensibilitу») Чжу представил инсталляцию «Карманная теология», представляющую собой человеческую руку, свисающую с потолка в центре комнаты, куда должны были входить зрители. Рука сжимала один из концов длинной веревки, покрывавшей пол помещения.

theo

В 2000 году Чжу делает акцию «Пересадка кожи», результатом которой стало пришивание куска кожи с живота художника на живот четвертованной свиной туши.

pig2

Все необходимое Чжу приобретал в больницах, на тех же основаниях, что и студенты-медики.

Комментируя «Поедание людей» в видеоролике для ВВС, художник заявляет: «Ни в какой из религий каннибализм не запрещён. При этом я также не знаю никакого закона, который бы запрещал нам есть людей. В своих интересах я использовал пробел между моралью и законом, моя работа основана на этом»7.

Однако даже поверхностных исследований достаточно, чтобы заключить, что художник не совсем прав. Исламские богословы отмечают, что поедание трупного мяса в исламе запрещено, будь то человек или животное. В христианстве нет прямого запрета на каннибализм, однако при упоминаниях этого акта в Библии он недвусмысленно трактуется как нечто запрещенное. Если же говорить о законе, то статьи за надругательство над телами умерших никто не отменял. Как любезно напоминает xieergai29, гуру китайского правоведения, соответствующая статья присутствует не только в русском, но и в китайском законодательстве.

Критик Чэн Мэйлин утверждает, что Чжу намеренно прибегает к такому легко опровергаемому обобщению, чтобы сместить акцент своей работы в область морали, а не религии или права. Однако на почве перфоманса с малым количеством авторских комментариев можно развить кучу демагогических рассуждений разной степени абсурдности, проводя аналогии вроде «младенец – это страны третьего мира, пожираемые диктатурой Запада», или утверждая, что Чжу Юй критикует политику «одна семья – один ребенок»8.

На мой взгляд, наиболее состоятельным является объяснение, предложенное самим Чжу Юем в одном из интервью незадолго после выставки «Fuck Off». «В прошлом году (то есть в 2000, прим. автора) художники только и делали, что использовали трупы в перфомансах, не создавая ничего нового, слепо копируя друг друга. Эта ситуация меня раздражала, хотелось поставить точку в этих соревнованиях, положить им конец. (…) Моя работа предназначалась не для зрителей, она должна была решить внутренний технический вопрос. (…) Я не ожидал такой реакции». Из этого отрывка видно, что Чжу вовсе не собирался ничего усложнять, он просто хотел сказать «хватит!» своим заигравшимся коллегам. Положить конец жестокости, доведя ее до высшего предела. Тогда работа Чжу, при всей своей провокативности, действительно может восприниматься как протест против спекуляции телом в искусстве.

По описаниям работы для каталога выставки «Fuck Off» тоже понятно, что Чжу не пытался заигрывать с богатым культурным прошлым вопросов каннибализма. Аллюзии с такими произведениями Лу Синя, как «Лекарство» или «Записки сумасшедшего», и уж тем более с памфлетом Джонатана Свифта «Скромное предложение» или сказками о Бабе-Яге, выдуманы критиками9 и, очевидно, не принимались художником во внимание. Именно это отмечает Цю Чжицзе в своей тематической статье: «В гонке насилия могут возникнуть, да и действительно возникали провальные работы. Однако причина их неудачности заключается не в том, что они пошатнули основы морали или гуманизма, а в том, что они даже не приблизились к пониманию этих основ. Таков перфоманс Чжу Юя»10. Цю Чжицзе подчеркивает, что Чжу не учел особенностей трактовки и восприятия каннибализма в разных культурах и создал очень поверхностную, неудачную работу. В этом нет ничего странного, учитывая, что работа предназначалась скорее для других художников, нежели для зрителя.

В каком-то смысле Чжу Юй достиг своей цели: через некоторое время после его перфоманса интерес к мясу как художественному материалу почти совершенно пропал, по крайней мере, автор не наблюдает у знакомых художников стремления бегать по моргам и закупаться холодильниками. Большинству из них работы Чжу глубоко противны.

Достигнув высшей точки отвратительного, Чжу Юй успокоился и в настоящий момент пишет маслом гиперреалистические картины, на которых изображены простые предметы – чайные чашки, тарелки с остатками подливы, камни с речных берегов. Маленькие вещи, маленькие объекты с короткими историями. Он уже сказал все, что хотел, и много того, чего вовсе не имел в виду.

oilp

http://magazeta.com/2014/01/zhuyu/



promo radion_gz_china february 24, 2015 08:58 6
Buy for 40 tokens
Cтудентка, комсомолка, спортсменка. Наконец, она просто красавица! Хотите самого лучшего помощника в Китае? Лучший гид и помощник по Китаю и по совместительству , моя дочь :) Думаю, после окончания университета в Гуанчжоу в прошлом году,мою дочь можно отпускать на вольные хлеба.…

  • 1
Спасибо за экскурс. Чрезвычайно любопытно.

  • 1